Критические замечания на текст постановления Архиерейского Собора РПЦ 2017г.

Часть 4. Отсутствие подлинно богословской и существу оценки т.н. Всеправославного собора на о. Крит.

Послание Освященного Архиерейского Собора клиру, монашествующим и всем верным чадам Русской Православной Церкви

В тексте Постановления Архиерейского собора отведено несколько положений, которые касаются оценки состоявшегося в 2016г. На о. Крит т.н. Всеправославного Собора (пп. 38-40).

« Данный Собор не может рассматриваться как Всеправославный, а принятые на нем решения — как обязательные для всей православной полноты, поскольку в отсутствии согласия ряда Поместных автокефальных Церквей на проведение Собора в ранее согласованные сроки был нарушен принцип консенсуса. Вместе с тем следует признать Собор на Крите значительным событием в истории Православной Церкви».

Несомненно, что первая часть оценки Собора на о. Крит верна. Тем не менее, фраза «Вместе с тем следует признать Собор на Крите значительным событием в истории Православной Церкви» по нашему мнению вступает в явное противоречие  выше сказанным, поскольку возникшие т.н. «разногласия» в семье Православных церквей в отношении т.н. «Всеправославного собора» свидетельствуют совершенно об обратном. По сути, в Православной Церкви произошел раскол. И этот раскол возник вовсе не из-за каких-то частных разногласий и по частным, маловажным вопросам, а по вопросам, имеющим догматический характер (экклесиология, таинство брака).

В п. 39 Послания констатируется следующее: «Анализ документов Критского Собора, проведенный по поручению Священного Синода Синодальной библейско-богословской комиссией, показал, что некоторые из них содержат неясные и неоднозначные формулировки, что не позволяет считать их образцовыми выражениями истин православной веры и Предания Церкви. Это особенно относится к документу «Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром».

Однако если оценка Библейско-богословской Комиссии именно такова, то ее следует признать не просто недостаточной, но глубоко поверхностной и несерьезной. Если свести воедино всю имеющуюся объективную критику документа т.н. Веправославного собора «Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром», то необходимо выделить два основных положения принципиального несогласия епископата Православной Церкви, духовенства и мирян, богословов:

А) Необоснованное оправдания существующих принципов и основ ведения т.н. Экуменического диалога, в основе которого лежит предательское согласие «православной стороны» на принятие новой экклесиологии о т.н. Единой «расширенной Церкви», выраженное в подписании ей Торонтской декларации (1950г.)[1], в которой дается согласие на исповедание т.н. «расширенно экклесиологии». Согласно этой экклесиологии ни одна из церквей не может претендовать на исключительность и полноту истины, считать только себя Единой Святой Соборной и Апостольской Церковью. А каждая из конфессий, участвующая в диалоге, участвует в истине и раздает, сообщает  часть истины другим, и является неотъемлемой частью Единой Церкви.

«3. Церкви-члены сознают, что их членство в Церкви Христовой более всеобъемлюще, чем членство в их собственных Церквах.(еретическое высказывание 3) Поэтому они стараются вступить в живой контакт с теми, кто вне их, но верят в господство Христа. Все христианские Церкви, включая Римскую Церковь, считают, что нет полного тождества между членством во Вселенской Церкви и членством в их собственной Церкви. Они признают, что есть члены Церквей «за стенами» ее, что они «равным образом» принадлежат к Церкви и даже что есть «Церковь вне Церкви»(еретическое высказывание 4). Это признание находит свое выражение в том факте, что за очень небольшим исключением христианские Церкви признают законным крещение, совершаемое другими Церквами. (еретическое высказывание 4)».

Основные положения экклесиологии ВСЦ  основаны на Торонтской декларации, подписанной «православной стороной» можно более подробно и обстоятельно свести к следующим :

— Церковь по существу невидима;

— существует различие между видимым и невидимым телом Церкви;

— крещение других церквей действительно и верно;

— «элементы истинной Церкви» и «следы Церкви» имеются и в других церквях-членах ВСЦ, и это является основополагающим принципом экуменического движения;

— есть члены церкви, «находящиеся за оградой Церкви» (extra muros), и что

— они aliquo modo (в некотором роде) принадлежат Церкви, и что

— существует «Церковь внутри Церкви».[2]

Невозможно обойти молчанием высказынной критики Кинотом Святой Горы Афон Торонтской декларации, упомянутой Критским собором в документе «Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром»:

«участие Православных Церквей в ВСЦ основывается на «Торонтской декларации» (1950г.), которая является неприемлемым богословских документом. Например, весьма важным является вопрос, является ли, следовательно «Торонтская декарация» документом, который соборно расценивается в качестве авторитетного учредительного документа для Православной Церкви! Более того, в соборном документе подтверждается участие Православной Церкви в ВСЦ, в то время как отсутствует необходимое замечание, что запрещаются «межконфессиональные молитвы», и не отвергается решение ВСЦ о Церкви и Крещении, которые в общем считаются приемлемыми (и для участвующих в ВСЦ Православных)».[3]

Если Библейско-богословская комиссия РПЦ считает данные замечания второстепенными, относит их лишь к категории все тех же «разногласий» и «двусмысленности», то это означает, что сама Комиссия, ее члены разделяет экклесиологические воззрения Критского собора. И такие предположение имеют и определенные основания, поскольку принятый еще на Архиерейском соборе 2000г. Документ «Об отношении Православной Церкви к инославным вероисповеданиям и межконфессиональным организациям» несет всю туже двусмысленность, размытость, неточность, но и имеет в себе контекст, противоречащий святоотеческой экклесиологии. Мы полагаем, что данный документ был «принят» именно в контексте подготовки и Всеправославного Собора.

Б) Γринципиально неверное понимание смысла участия в экуменическом диалоге. Он мыслится только как «восстановление утраченного единства». В то время как Православная Церковь всегда свидетельствовала, что это единство не утрачивается ни онтологически, ни внешне, а на протяжении истории происходило отпадение от нее ересей и расколов.[4] И эти деноминации не просто являются конфессиями, которые «не имеют общение с Православной Церковью», но они являются ересью, богохульством и анафемой. И к ним совершенно не применима в соборных документах терминология «церковь»и «церкви».

В) Протаскивание в Документ оправдания и узаконивания Экуменизма как такового, то есть взгляда и мировоззрения, которые противоречат учению о Церкви[5] как едином теле Христовом, то есть о ее единстве и единственности, спасения только в Православной Церкви как общении обожения.[6]

Г) Ложное понимание соборности, которое преподносится исключительно как созыв соборов и принятие соборами решений.[7] Мы еще раз напомним прекрасные слова выдающегося богослова о. Георгия Флоровского: «Истина есть сама мерило, которым мы моем измерить ценность «общего мнения. Кафолический опыт может быть выражен даже меньшинством, даже одиноким исповедником веры – и этого вполне достаточно», «исторические и практические методы узнавания священной и кафалической традиции могут быть разнообразны; созыв Вселенского собора – лишь один из них, и причем не единственный.. Но может случиться так, что в ходе собора истина будет выражена меньшинством. А еще важнее то, что истина может открыться и без собора».[8] А также ясное свидетельство Восточных Патриархов, что  «сам народ», то есть Тело Церкви, является хранителем благочестия»

Д) Сама организация Собора, принципы принятия документов для него и проведения Собора являются непосредственным нарушением и разрушением принципа соборности Церкви.[9]

Завершая оценку Критского собора В тексте Постановления Архиерейского собора говорится следующее: « Освященный Собор выражает уверенность в том, что сохранение и укрепление единства Святой Православной Церкви, независимо от отношения к состоявшемуся на Крите Собору, является общей задачей всех Поместных автокефальных Церквей, как участвовавших в работе Собора на Крите, так и воздержавшихся от участия в нем. В связи с этим особую важность приобретает упрочение межправославного взаимодействия» (п. 41)

Однако именно единство Церкви строится не просто на каком-то абстрактном взаимодействии, а тем более не на безразличии к тем разномыслиям, которые возникли по столь важным и принципиальным вероучительным вопросам (как экклесиология, брак), а на единомыслии, на единой правой, святоотеческой вере. «Когда мы все веруем одинаково, это и есть единение», согласно святому Златоусту[10]. Мы неверно понимаем Таинство Церкви, если видим наше единство с Ней только как внешнюю связь, а не как благодатное единство во Христе, в Теле Христовом. Послушанием во Христе, смирением во Христе, свободой от эгоцентризма, от антропоцентризма и сообразования с мiром мы соучаствуем в благодатном единстве Церкви». [11]

И такое послушание Христу и смирение во Христе должны в первую очередь проявлять, прежде всего, сами иерархи Церкви Христовой, предстоятели Православных Церквей. В противном случае, случае непослушания Христу и Церкви иерархов, вносится смута в само Тело Церкви. И сторонники истины Христовой будут обязаны применить не только 15 правило Двукратного собора, но искать более действенные способы защиты Церкви Христовой.

История Церкви ясно указывает нам, что бесценное единство во Христе существует и процветает только тогда, когда все имеют «один разум» и исповедуют одну и ту же веру в Единую Церковь. Более того, недавняя история также учит нас тому, что принятие или безразличие к новой, инновационной экклесиологии, такой как та, что была выражена на словах и на деле на Крите – это плохой вариант, который приведет только к дальнейшей поляризации и отклонениям, как налево, так и направо от Царского Пути.

В связи с этим, мы считаем, что документы, принятые на т.н. Всеправославном Соборе на о. Крит должны быть отвергнуты, как должен быть отвергнут и сам этот собор. История Церкви нам недвусмысленно свидетельствует о том, что ересь это не полное искажение православной веры, а ее частичное искажение. И такие частично искаженные решения принимали хорошо известные еретические соборы в древности. Но Церковь все решения этих Соборов полностью отвергала и не полагала в основу своих последующих православных решений и оросов. Поэтому мы также считаем глубокой ошибкой и заблуждением тех, кто высказывается за исправление критских документов и их использование для последующих соборов.

Источник: «Православный Апологет» 

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s